ВАДИМ ЯНИН: ВРАЧ И ПАЦИЕНТ ДОЛЖНЫ ДОВЕРЯТЬ ДРУГ ДРУГУ

0
792

На редакционную почту газеты «Огни Енисея», как, впрочем, и других районных газет, приходит немало вопросов от читателей по качеству оказания медицинских  услуг. Нередко ответы найти в собственных учреждениях здравоохранения не всегда получается, потому что они в компетенции министерства. Вот совет редакторов Красноярского края и выступил с инициативой встречи с главой ведомства Вадимом Николаевичем ЯНИНЫМ. Предложение было принято. Встреча журналистов с министром состоялась. Разговор получился долгим, обстоятельным и был отмечен особой, теплой, дружеской атмосферой.

_DSC7522На встрече присутствовали: главный редактор газеты «Огни Енисея», председатель совета редакторов региона Л.И. Климович (г. Дивногорск), главный редактор газеты «Манская жизнь» Г.В. Герасимова (Манский район), заместитель главного редактора газеты «Пригород» Е.В. Скуратова (пос. Березовка), главный редактор газеты «Сельская новь» Л.В. Уланова (п. Балахта), главный редактор газеты «Рабочий» Л.Н. Феоктистов (г. Сосновоборск), главный редактор газеты «Емельяновские веси» М.Г. Луц (п. Емельяново). Главный доктор края был открыт для общения и ответил на вопросы. Но в начале встречи извинился, попросил уйти от частностей и предложил обсудить общие проблемы системы оказания медицинских услуг. При этом заверил, что на каждый поступивший вопрос буден дан персональный ответ.

Янин В.Н.: Я внимательно посмотрел все вопросы. Извинюсь перед вами и скажу честно, большая часть вопросов носит исключительно частный характер, и на них должен дать ответ в первую очередь главный врач того учреждения, куда гражданин обращается за медицинской помощью. В последний четверг каждого квартала главные врачи проводят публичные встречи с населением. Приглашаю журналистов приходить и принимать активное участие в этих встречах и приглашать как можно больше жителей своих территорий. Большинство вопросов должно решаться на местах в конкретной больнице, в конкретной поликлинике. Поэтому встречи руководителей медицинских учреждений были инициированы губернатором края В.А. Толоконским, чтобы вопросы, возникающие у жителей, решались сразу на месте и не приходилось ходить по разным инстанциям. И главный врач в этих отношениях должен быть главным проводником данной идеи. К сожалению, не у всех получается, но кто хочет работать, тот находит варианты.

Климович Л.И.: Вадим Николаевич, условно говоря, есть комплекс вопросов по Дивногорску. Какие могут послужить поводом для обращения к министру, а какие нет?

Янин В.Н.: Я не уклоняюсь ни от одного вопроса, но для начала дам поручение разобраться на месте. К примеру, в числе вопросов от вас был такой: «Мы получаем лекарства по соц. пакету, но препаратов, выписываемых врачами, в соц. пакете нет, приходится покупать их за свой счет». В этой ситуации хотелось бы разъяснить. Основные лекарственные препараты, эффективность которых доказана, входят в перечень жизненно важных необходимых лекарственных препаратов (ЖВНЛП). Все остальные, которых достаточно много, так называемые вспомогательные, в этом списке не значатся. Мы запросили информацию у руководства ДМБ. Оказалось, что все необходимые препараты были получены. За свой счет был приобретен только аспирин. Но это лекарство симптоматическое, не входящее в курс лечения.

_DSC7563Тема лекарств вообще достаточно объемная. Особенно пожилым людям, когда доктор прописывает определенные препараты, нужно быть предельно внимательными. Я здесь проповедник такого тезиса, что «хирургия становится все безопаснее, а терапия наоборот опаснее». На своих личных встречах я вижу людей, которые на лекарствах буквально «сидят», при этом они сами себе их назначают, самостоятельно о них читают, покупаются на рекламу и в результате самостоятельно начинают их требовать от лечащего врача. В этом случае доверительные отношения с врачом, к сожалению, нарушены. Ситуация нехорошая. Врач пациенту не нужен. Есть Интернет, родственники, знакомые и друзья, такие же больные, и они активно делятся своим опытом. В результате пациент начинает самостоятельное лечение, которое возможно ему и не нужно.

Скуратова Е.В.: Но бывает ситуация, когда человек в течение 10 дней не может попасть на прием к терапевту. У него нет высокой температуры, и он ждет. Находит информацию в Интернете, начинает принимать препараты. В результате – картина смазана. В конце концов, пациент попадает на прием, какие­то симптомы прошли,  и врач не понимает, какое заболевание у пациента. Может, корень здесь?

Янин В.Н.: В министерстве мы пришли к следующему решению. Посещение врача должно носить плановый характер. Участковый терапевт принимает по плану, а на прием нужно записаться заранее. Способов записи несколько: через Интернет, по телефону, кто желает – может лично обратиться в регистратуру. Это идеальный вариант – время к врачу согласовано,  у регистратуры не толпится народ, если пациент знает, что нужно прийти к 10.20, то нужно к этому времени и приходить.

_DSC7535Когда человеку плохо, то в любом случае он вызовет «скорую помощь», и она обязательно приедет. Если вдруг заболел и не вызвал «скорую», а пришел в поликлинику. В этом случае начинает действовать другая схема. Он идет на прием в  «кабинет неотложной помощи». Здесь работает специалист, который в случае острого заболевания без записи через регистратуру должен принять пациента, осмотреть его, выписать рецепт, больничный лист, при необходимости показать врачу, вызвать «скорую помощь» и направить в больницу. Этот кабинет снимает проблему – «если заболел, что делать?».

Второй кабинет – кабинет доврачебной помощи. Сюда направляют пациентов, которым не нужна консультация доктора, а к примеру, необходима справка в бассейн, допуск, копия амбулаторной карты.

Самое важное – команда поликлиники во главе с главным врачом должна понимать и хотеть принять новые решения старых проблем, тогда результат не заставит себя долго ждать.

Климович Л.И.: Вы это объясняете коллективам поликлиник или требуете с подчиненных?

Янин В.Н.: Мне хочется, чтобы и доктора, и пациенты понимали, что разработанная нами модель правильная.Обычно наши медицинские проблемы покрывают отсутствием кадров. С кадрами другая ситуация. Кадров больше не будет – это априори нужно понимать. Я побывал на выпуске медицинского университета. В Красноярском крае согласно статистике всегда работало порядка 10­13 тысяч врачей. Сейчас работает 13 тысяч докторов, включая частную медицину. И никогда больше не было и не будет. Выпуск университета, как правило, – 400 врачей в год. Уходит из сектора тоже около 400. Поверьте, кадровая проблема не закрывается большим количеством выпускников. Все фамилии будущих эскулапов мне известны на 8 лет вперед. Если мы начнем увеличивать приток студентов в вуз, то ухудшится качество образования. Это вещи вполне объяснимые. Если сравнивать с мировым опытом, в нашем регионе, как и в Европе, порядка 35­40 врачей на 10 тысяч населения. Но на Западе получается, а у нас нет. Почему? Вот тогда мы будем говорить о компетенции. Врачебные компетенции должны быть чуть­чуть другие, но для того, чтобы они появились, нам нужно поликлинику разгрузить хотя бы наполовину.

_DSC7553Что получалось в 90­х годах – все больше «наворачивалось» на поликлинику каких­то отчетов, и функционал особо не менялся. Итог сегодняшнего дня – в Красноярском крае ежегодно регистрируется порядка 30 млн визитов к врачу. Это колоссальная цифра! В нашем регионе проживает 3 млн человек, на одного жителя края приходится 10 посещений в год. Такое количество визитов, рутины, отчетов завели на сегодняшний день поликлинику в тупик.

Сегодня мы активно занимаемся этой проблемой и задаем вопрос: «Зачем люди приходят в поликлинику?». Как оказалось, некоторые пациенты приходят: а) выписать лекарства, б) назначить что­то у узкого специалиста. При этом «больной» сам себе выставляет диагноз. Врачи перегружены пустой работой. Пусть меня доктора этой службы простят, но иногда и поликлиники не хотят выходить из такого положения дел.

Климович Л.И.: Вадим Николаевич, что поможет изменить ситуацию, сложившуюся на сегодняшний день в поликлиниках? Кнут длиннее, деньги короче…

Янин В.Н.: Любые социальные изменения, особенно в медицине, требуют ускорения и желания. А в то же время, во­первых, медики консервативны, во­вторых, пациенты привыкли так, как привыкли. Это длинный путь, который сейчас обозначен. У нас до 30% визитов к докторам связаны с льготными рецептами. К примеру, пациент с сахарным диабетом, он давно знает, сколько инсулина ему положено, как он считается. Свяжитесь с ним по телефону и оставьте ему рецепт в аптеке…

Луц М.Г.: Получается, это дело времени?

Янин В.Н.: Понимаете, переломить ситуацию в приказном порядке можно всегда. И приказы будут нормальными. Но отрасль должна отозваться. Сегодня я делаю ставку на команду главных врачей. Они должны мою идею, убежденность как­то разделять.
С этим бывает сложновато.

Скуратова Е.В.: Вопрос о дополнительной диспансеризации. Сложилось впечатление, что медосмотр, как правило, сводится к формальному визиту к врачу, когда спрашивают: «Что у Вас болит?», а в ответ: «Ничего не болит». Ведь человек, на самом деле, пришел узнать, что у него болит. А не наоборот. В результате – ничего не болит, поставили галочки – все, годен. Возникает вопрос: нужно ли проводить диспансеризацию вообще?

Янин В.Н.: Как врач, я убежден, что надо, но только не в формальном понимании. Каждый случай диспансеризации должен закончиться откровенным, доверительным разговором, на который нужно найти время, чтобы доктор с пациентом объяснились, чего нужно ждать, а от чего нужно отказаться и что нужно делать, но такой разговор нужен и важен, как задача, как идея. Диспансеризация сейчас делается плохо. Я это понимаю. И сейчас как раз мы требуем от наших поликлиник качества.

Герасимова Г.В.: Мы говорим о том, что люди сами ставят себе диагнозы и сами лечатся. В СМИ большое количество рекламы различных препаратов. Вы как относитесь к этой проблеме? Насколько она губительна?

Янин В.Н.: С точки зрения функционала, подобная реклама всевозможных препаратов, в первую очередь, губительна для бюджета пациента. Вред БАДов и сопутствующих товаров в следующем: люди видят рекламу и говорят, что это помогает, например, от рака, «я не буду проходить курс химиотерапии, не пойду на операцию, а буду принимать, к примеру, разрекламированный препарат».  Вред в том, что люди начинают заблуждаться. В моем понимании, рекламируют в основном бесполезные вещи.

Луц М.Г.: Дайте совет, как относиться к рекламе препаратов. Я понимаю, Вы не можете изменить ситуацию?

Янин В.Н.: К рекламе медпрепаратов нужно относиться, как к рекламе. Поэтому внизу и стоит подпись – посоветуйтесь с врачом. Повторюсь, сегодня терапия все сложнее. Особенно если дело касается антибиотиков. Это та часть лечения, которая принципиально опасна стратегически. Я поясню: микробы очень быстро приспосабливаются. В 1920­м году Флеминг открыл пенициллин, и вот близок 20­й год нынешнего столетия – эра антибиотиков подходит к концу. На сегодня большинство микробов научились защищаться от антибиотиков. А пациенты каждую инфекцию, которую нужно просто пережить, особенно вирусную, на которую антибиотики никак не действуют, пытаются заглушить антибиотиками. А когда будет действительно нужно – резервов уже нет. Антибиотики не делятся на сильных и слабых. Нет такой классификации. У него другой принцип действия. Он подобран по действию на конкретный микроорганизм. К сожалению, «слабенькие антибиотики» затем могут привести к серьезным последствиям.

Лекарства – особый вид продукта, который нужен только тогда, когда нужен, он назначен для достижения какой­либо цели в той дозе и в той кратности дней, которые прописаны. В противном случае, препарат будет бесполезен.

В числе вопросов, которые вы мне передали, много читателей ваших газет задают вопрос о капельницах. Этот вопрос особенно актуален для сельской местности, и я ничего не могу здесь поделать с ментальностью ни врачей, ни населения. Капельницы наши жители воспринимают как панацею (улыбается). Особенно хочется отметить, что внутривенное введение препаратов  небезопасно по определению, особенно на сегодняшний день – гепатиты, ВИЧ­инфекция. Любая инфекция для ослабленного организма может стать и фатальной. Есть старый врачебный тезис: «вена – это не помойная яма организма». К сожалению, у нас «льют» в нее без меры, и население считает, что это здорово. В одном из вопросов спрашивают: раньше назначали 14 капельниц, почему сейчас только 3? Отвечу – к капельницам есть прямые показания. Во­первых, резкое падение циркулирующей крови в организме человека. Кровоток восполняют для поддержания давления, чтобы не остановилась работа головного мозга, сердца, легких. Во­вторых, при отравлении, – организм не может воспринимать  жидкость извне. Также мы с помощью капельниц разбавляем яд, чтобы его максимально быстро вывести через почки.  В­третьих – при серьезном истощении организма, когда человек не может получить нужные вещества для нормального функционирования.  Эти процессы относятся к реанимации. В­четвертых, мы используем воду как носитель для лекарства. Но большинство капельниц представляют собой набор простых элементов, которые находятся в растворе глюкозы или в физрастворе. Поверьте, эффект от них такой же, если выпить стакан чаю, – это те же самые 200 мл воды. Если жидкость организмом усваивается, она попадает в то же самое кровяное русло и выводится теми же самыми почками. И все разговоры о том, что капельница печень не гробит, а таблетки гробят, – это не более чем досужие фантазии. Весь кровоток, который несет все лекарства по организму, через печень проходит в обязательном порядке. Кроме того, для сердечников капельницы представляют собой определенную опасность, потому что мы перегружаем сердце.

Феоктистов Л.Н.: У Вас как у министра, безусловно, есть оценка всех учреждений здравоохранения. Есть больницы или поликлиники, которые Вы можете поставить в пример? Они меньше доставляют проблем? Или они все имеют «среднюю температуру по палате»?

Янин В.Н.: Нет, такого не может быть по той причине, что у больниц есть разные функции. В районных больницах есть разные команды, более или менее активные главные врачи. Я сам имею опыт самостоятельного управления, т.к. возглавлял медучреждение в Норильске, где по понятным причинам был выше уровень технического оснащения. И я прекрасно понимаю, что в ЦРБ есть ряд условий. К примеру, один из вопросов по объединению. Здесь хотелось бы отметить, что были главы, которые интересовались проблемами учреждения, были и такие, которые ничем не занимались. Это видно по больницам. На самом деле, очень сложно сравнивать. Города, находящиеся в «тени» Красноярска, – их жители могут получить медицинские услуги и в краевом центре. В отдаленных районах оказание медпомощи будет зависеть от взаимоотношения врачей и населения. Поэтому здесь я бы не ставил никакую оценку. Но замечу, что на Севере к своим больницам относятся лучше, – это Северо­Енисейский, Енисейский, Кежемский, Богучанский районы.

Климович Л.И.: Хотелось бы уточнить, именно власть районов относится лучше?

Янин В.Н.: Понимаете, северная ментальность чуть иная, чем южная. Южанин сам за себя, а на Севере так не проживешь.

При этом каждой больнице мы предоставляем возможность работать с краем напрямую. Сейчас бурно развивается телемедицина. В нашей Стратегии мы так и обозначили, что через 5­10 лет произойдет очередная информационная революция. Сегодня доступ к любой информационной «копилке» есть с любого смартфона. Уверен, что через некоторое время получить видеоконсультацию будет проще, чем ехать в Красноярск. Это, конечно, врачей не заменит, но, по крайней мере, часть медицинской помощи мы уже можем оказывать на расстоянии, как мы говорим – дистанционно. Сегодня каждая ЦРБ имеет возможность проконсультировать ЭКГ в краевой больнице, где сразу скажут, что делать. В прошлом году было проведено 27 тысяч таких консультаций, диагностировано 800 инфарктов, и эти люди получили реальную помощь. Также мы стараемся ставить на учет всех пациентов, перенесших инсульт, для понимания возможностей реабилитации. Стараемся каждую травму, полученную при серьезных ДТП, ставить на контроль. Это необходимо для оценки последствий, для принятия оперативных решений по оказанию своевременной медпомощи и спасению жизни людей. Кроме этого, раз в неделю проводятся клинические разборы сложных случаев с участием главных врачей. И таких телеконференций по разным темам достаточно.

Скуратова Е.В.: Как Вы относитесь к информации, активно муссирующейся в обществе, якобы «скорую помощь» можно вызвать всего четыре раза в год?

Янин В.Н.: Нет такого закона и нет такого указа! Отмечу, что были рекомендации президента В.В. Путина функцию «скорой помощи» разделить на две: первая – автоводитель и техническое обслуживание машин, вторая – оказание медицинской помощи. В Красноярском крае они разведены. Предприятие «СанАвтоТранс» в Красноярске занимается транспортом, а служба скорой медицинской помощи, как учреждение, комплектует бригады, которые оказывают медицинскую помощь. При этом функции по содержанию транспорта сегодня можно передавать и частным предприятиям. Эта система функционирует. А про четыре вызова – этого нет и не может быть. Сегодня в Красноярском крае зафиксирован 1 млн вызовов в год. До 70% вызовов к хроническим пациентам, не имеющим показаний по вызовам «скорой помощи». Но отказать им мы не можем.

Уланова Г.Л.: А что означает формулировка «к хроническим пациентам»?

Янин В.Н.: Это когда бабушка не принимает таблетки, и у нее поднялось давление; или другой пример – вызов скорой помощи к молодой девушке, у нее боли в колене. По прибытии бригады выясняется, что падение было с дивана в прошлом году. И это реальные случаи. При этом от таких вызовов медики вынуждены выслушивать массу претензий. Или вот еще случай. Молодой человек вызвал «скорую» в период эпидемии гриппа при температуре 37,5 (!) градуса. И жаловался, что долго ждал помощи врачей.

Климович Л.И.: Когда человек может вызвать «скорую помощь», чтобы потом не было стыдно?

Янин В.Н.: «Скорую» нужно вызывать, когда есть угроза жизни. Уточню, что на подстанции работают профессиональные диспетчеры, отработавшие не один год в службе скорой медицинской помощи. По большому счету, с ними можно и посоветоваться. Это допустимо.

Климович Л.И.: Кстати, не всегда диспетчеры дают какой­нибудь совет. Бывает, что в трубке услышишь резкий ответ: «Мы по телефону консультаций не даем». Хотя, мне кажется, такая практика имеет место быть.

Янин В.Н.: Понимаете, в такой ситуации очень трудно дать совет. Все случаи нельзя прописать приказом. Бывает, когда можно дать рекомендации, а в другой ситуации – лучше отправить бригаду, и даже на месте медиком может быть недооценена ситуация.

Уланова Л.В.: Рядом с Балахтинским районом расположен Новоселовский, в больнице которого установлен томограф. Район получил 400 квот на проведение обследований, но на сегодняшний день, по нашей информации, использовано всего 4. Почему эти квоты не используются? Ведь в Красноярске в краевой больнице большие очереди на подобные обследования.

Янин В.Н.: Ситуация вокруг компьютерной томографии (КТ) и магнитно­резонансной томографии (МРТ) очень интересна. У нас пациенты искренне считают, что КТ и МРТ вылечат больную голову, и все будет хорошо. На самом деле, КТ и МРТ голову не вылечат. 95% таких диагнозов – это остеохондрозы и дисциркуляторная энцефалопатия. Мне как клиническому врачу, чтобы поставить такие диагнозы, не нужно делать КТ и МРТ. Это просто лишнее.  КТ и МРТ прежде всего предназначены для выявления тяжелых онкологических патологий. А люди отчаянно настроены на проведение подобных обследований, когда это по сути не нужно.

Климович Л.И.: Получит ли ДМБ деньги на ремонт рентген­аппарата?

Янин В.Н.: По просьбе главного врача 600 тысяч рублей на ремонт аппарата будет выделено.

Герасимова Г.В.: В Манском районе 5 тысяч населения, но до сих пор нет кабинета зубного протезирования. В чем тут дело? Необходима специальная лицензия?

Янин В.Н.: Услуга по зубопротезированию – это бизнес. Она на сегодня бесплатной осталась только для ветеранов Великой Отечественной войны. Для остальных льготы монетизированы. По сути, это частная услуга, и министерство не ставит для себя задачи по созданию условий для частников.

Герасимова Г.В.: В нашем районе живет много ветеранов, которые не могут самостоятельно передвигаться. Можно ли их обследовать, оформлять инвалидность на дому?

Янин В.Н.: Возможность обслуживания на дому у поликлиники есть. Для этого необходимо написать заявление на имя главного врача, который должен организовать такую медико­социальную экспертизу.

В заключение нашей встречи хотелось бы еще раз сказать, чтобы журналисты, представители общественности, активные жители приходили на встречи с главным врачом и озвучивали свои проблемы. Поверьте, нам будет гораздо легче их решить вместе.

Наталья Крысова

 


Комментарии:

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ