Досье «ОЕ»: Панкратова Лада Валерьевна – педагог-психолог, психолог высшей категории, координатор общероссийского проекта «Школа цифрового века» в ДОУ, руководитель городского методического объединения психологов. Образование: 1993 г. – Окончила КГУ, психолого-педагогический факультет 2009 г. – Присвоено звание «Почетный работник общего образования Российской Федерации» 2012 г. – Получила диплом КГПУ им. В.П. Астафьева, пройдя программу профессиональной переподготовки «Психология» по направлению «Клиническая психология» 2012-2017гг-работа на кафедре специальной психологии КГПУ им. В.П.Астафьева в должности старшего преподавателя 2016 г. – Окончила с отличием курс магистратуры «Психология деятельности в кризисных и чрезвычайных ситуациях» С 2013 по настоящее время - руководитель городского методического объединения психологов г. Дивногорска В личном портфолио – сертификаты и дипломы  Института педагогики, психологии и социологии СФУ, Педагогического университета «Первое сентября», кафедры специальной психологии ИСГТ КГПУ им. В.П. Астафьева, Международного института аутизма, а также грамоты оргкомитета общероссийского проекта «Школа цифрового века», почетные грамоты администрации и отдела образования  г. Дивногорска, благодарственные письма за подготовку победителей и призеров межрегиональных олимпиад по психологии.

ЧЕЛОВЕК И ЕГО ДЕЛО

Верьте в ваших детей

А психолог поможет вам понять друг друга

Есть много теорий, объясняющих связь даты рождения с судьбой человека. 24 ноября на календаре День психолога, а накануне день рождения отмечает Лада Валерьевна Панкратова, посвятившая себя этой профессии. Совпадение? Вряд ли, убеждена педагог-психолог, давшая интервью корреспонденту «Огней Енисея».

 

Лада Валерьевна, детского психолога называют посредником между родителями и ребенком. Это так?

–Если родитель любит своего ребенка, верит в него и готов вкладываться в воспитание морально, эмоционально, не жалея времени, то посредник не нужен. Зачем он взрослым и детям, между которыми крепкие партнерские, настоящие дружеские отношения? Посредник – это, скорее, частная ситуация, когда нужно поработать с принятием проблемы, с эмоциональной поддержкой, с информированностью. Родители зачастую не видят какие-то особенности в поведении ребенка, которые специалисту скажут о многом. Невнимательность или неусидчивость, плохая память или нежелание что-то выполнять, капризы – все, что родители списывают на лень детей или чрезмерные воспитательные моменты, которые не состоялись, на самом деле нередко имеет совсем другую природу. Просто не хватает какого-то ресурса или он вовсе отсутствует.  Это не значит, что ребенок плох. Если родитель не понимает свое чадо, если мама не может договориться с ребенком, то не всегда проблема в нем. И тогда нужен посредник.

Занятие с будущими первоклассниками

Люблю метафору про машинки. Есть «Запорожец», асфальтоукладчик, спорткар для «Формулы-1», обычная «Волга». Они стоят на старте, задача – добраться до финиша. У каждой из машин есть классные характеристики. «Запорожец» небольшой, юркий, попадет в аварию – так у него мотор с другой стороны. Но на длинных дистанциях рекордов ждать неприходится. Асфальтокуладчик – надежный, мощный, со своими специфическими функциями. Гоночная машина без труда отоврется от соперников, пока под колесами идеальная трасса. А на проселочной дороге или в лесу таким не место. Так вот если учитель или родитель не понимает, каким «автопарком» владеет, то до финиша дойдут не все. Какой смысл выжимать из «Запорожца» параметры, необходимые для «Формулы»? Он же развалится на 10-м километре! А если правильно подойти, то даже асфальтоукладчик достигнет финиша в нужном режиме. Вот в чем заключается работа с детьми, и прежде всего с детьми с особенностями в развитии.

Насколько взрослые нуждаются в таком посредничестве? Случалось ли сталкиваться с сопротивлением со стороны взрослых, не понимающих, что ребенку нужна помощь?

– В каждой конкретной ситуации первым делом необходимо понять, кому именно нужна помощь, поддержка. Нередко родители, не понимая каких-то возрастных особенностей, паникуют. Например, если речь о подростковом периоде. Специалист поможет взрослому найти ресурс в самом себе, чтобы научиться слышать сына или дочь. Даже готовым откликнуться на любое предложение психолога родителям приходится проходить стадию принятия проблемы. Но ведь полно примеров, когда мама убеждена, что ее-то дитя исключительное, а окружающие – и дети, и воспитатели с педагогами – этого не понимают.

И другой важный момент. Результат зависит только от усилий самого человека, его способности не только осознать и принять факт наличия проблемы. Каждый должен сам потрудиться, чтобы ее преодолеть. Например, мама просит: сделайте что-нибудь с моим сыном, он не слушается. Психолог исследует проблему, при необходимости проведёт диагностику, и тогда сможет помочь понять родителю, почему ребенок так себя ведет, почему не получается найти общий язык с ним и что нужно, поэтапно исправляя ситуацию, сделать. Но делать будет мама. Под чутким сопровождением психолога, но сама! Иначе – результат нулевой. Чуда не произойдет.

Что изменилось в запросах родителей и Вашей работе за последние 10-15 лет?

В последнее время появилась категория родителей, начитавшихся популярных блогов, популярных сайтов. Эти мамы уже «грамотные», знают технологии, сами выставляют диагнозы. Врачи хорошо знакомы с подобными ситуациями: что-то вы меня не так лечите, я вот читала… И тут так же. Страшно, что почти за каждой ситуацией стоит недолюбленный или разочарованный ребенок. А начитавшаяся всякой ерунды с хэштегом #яжемать (очень популярное нынче в интернете слово) пытается проверить специалиста на профпригодность, исходя из собственных представлений и психолог должен буквально по мановению волшебной палочки сделать всех счастливыми.

Среди них есть много замечательных, читающих, быстро вдохновляющихся мам. Но того, что вложит психолог, хватает буквально до первого поворота, где встретится соседка. Или до первого поста в Инстаграме. Нередко, делясь впечатлениями, получает в ответ: «Да ты что! А я читала совсем другое!» И тут же обесценивается информация, вложенная специалистом. Говоришь родителю, что у ребенка есть проблемы, некоторые особенности в той или иной сфере, что есть шанс изменить ситуацию, если действовать по предложенному алгоритму. А мама слышит, что он глупый, того хуже «больной» и делает вывод, что ему только в спецшколе учиться. Потому главная трудность – удержать таких родителей в нужном информационном поле.

В первые годы работы подобные ситуации случались, хоть и редко. Но я переживала их очень тяжело, даже плакала. Это сейчас за моей спиной многолетний опыт работы, огромное количество часов обучающих семинаров, курсов повышения квалификации, переподготовка по специальности «клиническая психологи» и магистратура. А тогда, в школе, меня поддерживали крепкие профессионалы, авторитеты. В меня поверила наша уже легендарная педагогическая гвардия – Зигфрид Лидия Ивановна, Казакова Екатерина Николаевна, Надежда Филипповна Бондарь, директор школы Подобедов Георгий Петрович. Чувствуя такую мощную поддержку, я могла спокойно работать на свой опыт, имя, репутацию. Сложилась замечательная команда, в которой мы, молодые, не смотрели на часы и задерживались в школе, сколько того требовала ситуация. Потому что мы были одержимы желанием стать лучше.

 

 

Коллеги по школе№2:

«Много лет в МОУ СОШ №2 педагогом-психологом работала Панкратова Лада Валерьевна. Отличительные черты Лады Валерьевны – любовь к своей профессии и постоянное стремление к самообразованию. Именно это позволило ей стать настоящим профессионалом. Роль педагога-психолога в школе очень важна. Он осуществляет психолого-педагогическое сопровождение образовательного процесса в школе, в отдельно взятом классе, работа с конкретным ребенком на разных этапах его личностного развития».

З.В. Ситникова

«Мы все пришли полуготовые, но стремились развиваться и трудиться. Лада всегда давала в помощь учителю дельные и полезные советы, конкретные, практические, чтобы лучше было ребенку. Работая уже в Красноярске, я попросила ее помочь с одним учеником. Она приехала, провела полный учебный день, поработала с ним, с его мамой, привезла их к неврологу. Лада – это человек, готовый помогать профессионально, и делает это очень грамотно и тактично».

Гольцова Л.И.

Есть мнение, что помощь психолога нужна только тем семьям, где есть проблемы в развитии ребенка. Нуждаются ли вполне здоровые дети и их родители в консультации психолога хотя бы изредка?

–  Почему нет?! Мы столько времени уделяем работе с детьми с особыми потребностями, имеющих ограниченные возможности здоровья и это правильно, очень важно уделять этому внимание. Но и здоровым ребятишкам психолог нужен. И не изредка, а регулярно! Ведь есть различные этапы в развитии ребёнка, когда родителю необходима помощь специалиста в области детской психологии, чтобы порой разрешить делему «Это нормально или нет, когда мой ребёнок так делает?». Например, в период «кризиса 3-х лет» капризничает, настаивает на своём, говорит: «Я сам!». Или другая ситуация, когда в определённом возрасте одни детки просят читать страшные сказки про бабу Ягу, а другие, наоборот, испытывают необъяснимые «страхи» и бояться засыпать без света. В таких ситуациях психолог подскажет, какие книжки с детьми можно почитать, какие мультфильмы смотреть, поможет в выборе развивающий игр и других ресурсов. К выбору того, что смотрит и слушает ваш ребёнок необходимо относиться очень внимательно. Хорошо, если вы вместе с ребёнком смотрите мультфильмы и потом разговариваете с ним об увиденном, обсуждаете сюжет, помогаете понять, чему учит сказка.  Кризис 7 лет совпадает с таким важным моментом в жизни ребёнка, когда речь идёт о готовности к школьному обучению. И в этот момент тоже психолог может быть в помощь родителю. Ситуации, когда родители сталкиваются с детской агрессией, жадностью, ложью. Разве об этом не надо говорить? Психолог поможет понять в каких случаях это может быть норма, каков мотив данного поведения ребёнка, почему это происходит. Четверокласснику стало трудно концентрироваться, ученик 7-8 класса постоянно меняет кружки и секции. Это тоже норма, присущая возрасту. А родители переживают, не понимая, что происходит.

А почему ребенок врет? Ведь с этим очень часто сталкиваются родители?

– Надо разбираться. Либо ему предъявляют слишком высокие требования, что ему не по силам. Либо чтобы нравиться, быть хорошим – заслужить любовь родителей. И эта причина детской лжи встречается чаще. А бывает, дети фантазируют, им надо немного подыграть.

Приходилось ли Вам применять профессиональные навыки вне работы?

– Ситуация. Самолет, передо мной сидит мамочка с девочкой лет 5. Ребенок активный, любознательный, звонкий. Но пассажиры хотят отдохнуть в полете, поэтому мама уже покрикивает на дитя. Еще немного, и… Я привлекаю внимание девочки, и мы из салфеток мастерим лебедей, беседуем. Мама исполнена благодарности, пассажиры готовы аплодировать.  И таких примеров, когда взрослые остаются один на один с дитем, но не хотят напрягаться, предпочитая одернуть, накричать, полно. Бывало, что ребенок сам проявлял инициативу – искал общения, пока родителям не до него. Как они меня вычисляют – не знаю. Но однозначно – чувствуют. Видимо, профессия накладывает отпечаток.

Получается, и на отдыхе от работы никуда не деться?

– Даже в таких ситуациях то, что я делаю, мне доставляет удовольствие. Я счастливый человек: повезло со школой, с коллегами, работа всегда в радость, несмотря на порой дикие нагрузки, усталость. Чем сильнее напряжение, тем сильнее и ощущение радости и удовлетворения от результата.

Вы изначально планировали стать именно детским психологом, или это решение пришло со временем, с погружением в профессию?

– Начнем с того, что не считаю себя именно детским психологом, поскольку репертуар моих компетенций охватывает не только проблемы детской психологии.  Ведь в школе педагог-психолог работает с детьми, подростками, старшеклассниками, а это уже юноши и девушки. Плюс учителя, в том числе и с профессиональным выгоранием. Это родители, бывает и бабушки с дедушками, – с непринятием проблем, со своими внутрисемейными ситуациями. Без знания семейной психологии не обойдешься. Педагог-психолог работает с возрастами от 0 и до…пенсии.  Это все субъекты образовательного пространства. Тот, кто работает в образовании, должен быть и диагностом, и консультантом, владеть приемами психотерапии, хотя бы в минимальном объеме.

А желание стать именно психологом появилось на третьем курсе факультета биологии и химии пединститута. Ещё в школе очень нравилась биология, спасибо прекрасному педагогу Цыбышевой Альбине Васильевне, но не пестики и тычинки интересовали меня, а высшая нервная деятельность, строение человека, микробиология, генетика. Кстати, знания по этим дисциплинам очень важны для формирования системного мышления у психолога. В процессе обучения интересы и предпочтение мои всё больше склонялись в сторону психологии, педагогики, но никак не химии. Все курсовые работы я писала по психологии, на педагогической практике проводила своё первое психологическое исследование, и поняла, что хочу изучать психологию. Уже не могла представить себя в роли учителя химии и биологии. Повод, как обычно бывает у судьбы, когда идёшь не в ту сторону, нашёлся до смешного простой. Училась всегда на 4 и 5, и оказалась не готова к тому, что у преподавателя органической химии, профессора с мировым именем, на которого мы смотрели, как на Бога, получила свой первый «трояк», несмотря на все старания. Он решил, что я списала задачу. Потом, правда, выяснил, что решала я сама, сказал, в следующей сессии оценка будет выше. Но я, честно, обиделась: все-таки первая тройка в зачётке. А как раз в это время моя подруга и однокурсница решила переводиться в КГУ на психолого-педагогический факультет. Мне эти дисциплины были интереснее, чем органическая химия. Судьба подарила шанс всё изменить. И я тоже перевелась, закончила университет и стала психологом, о чем ни на секунду не пожалела ни разу в жизни.

Педагог-психолог – это универсальная специальность, или существуют более узкие направления, требующие дополнительного образования?

– В образовании психолог должен уметь все – от определения уровня готовности дошкольника до семейного консультирования. Рука не поднимается не довести запрос хоть до какого-то логически законченного состояния. А спектр проблем очень широкий. От вопросов о готовности к школьному обучению до проблем, связанных с нарушениями работы мозга, минимальными мозговыми дисфункциями, психосоматическими заболеваниями – тех же хронических респираторных заболеваний – выливающихся в трудности с обучением, проблемы поведенческие и эмоционально-волевой сферы. Если у ребёнка наблюдаются последствия натальной травмы шейного отдела, которые отражаются на успешности ребенка? Про это тоже надо информировать родителей, обращающихся за консультацией к психологу. Если возникает необходимость в комплексном решении проблемы, нужна компетентная помощь специалистов смежных специальностей, то психолог совместно с неврологом, нейропсихологом или клиническим психологом может решать даже самые сложные задачи. Когда в работе мне недоставало знаний и компетенций, я стремилась получить дополнительное образование – прошла программу профессиональной переподготовки «Психология» по направлению «Клиническая психология». Использовала любую возможность углубиться в профессию.

Работа в школе очень обогатила меня в профессиональном плане: поток детей за 20 лет был огромен, и через мои руки прошло огромное количество ребятишек. Только первоклассников я отсмотрела не меньше 1500! Набрала огромный опыт в области диагностики, консультирования, коррекции, психотерапии. А на кафедре специальной психологии в педуниверситете, где я читала студентам такие дисциплины, как экспериментальная психология, психодиагностика, методы психологической коррекции, консультирование и психотерапия, психология семьи, наработанная практика отшлифовалась на новом уровне.

Профессор, доктор медицинских наук, кандидат медицинских наук С.Н. Шилов:

“Это настоящий профессионал, высококультурный человек. Прекрасно общалась со студентами и пользовалась заслуженным авторитетом у них. Я всегда готов к продолжению научных и практических контактов с Ладой”.

 

Проработав без малого 30 лет, кому Вы точно не порекомендуете идти учиться на психолога? Есть ли такие особенности личности, которые не позволят стать настоящим профессионалом в психологии – вообще и в детской в частности?

– Есть внешняя привлекательность этой профессии. Во-первых, это красиво звучит. Во-вторых, в частной практике психологи неплохо зарабатывают. Сейчас стало модно ходить к психологу, как иметь хорошую машину. Но, ориентируясь лишь на это, профессионалом не станешь. Нельзя идти в психологию прежде всего человеку, который не любит людей. Не посоветую идти тому, кто не способен почувствовать боль другого. Это не значит, что ты должен брать на себя проблемы. Нужно уметь понять, принять, не осудить, сохранить, как тайну, исповедь. И при этом не потерять уважение к человеку, который «не такой»: растерзанный, преданный, порой не способный даже сформулировать суть своего запроса.

 

Сейчас дети учатся нажимать кнопки телефонов и планшетов раньше, чем начинают членораздельно говорить. Вам, как специалисту, так ли страшно за детей, их здоровье и психику, как порой об этом говорят?

– Прежде дети подсаживались на гаджеты в подростковом возрасте. Сейчас зависимости появляются гораздо раньше. Психологи отмечают, что у современных детей дошкольного возраста очень часто мозговые структуры, отвечающие за процессы внимания, запоминания, обработки информации, мышления, речи развиваются неравномерно. Причин этому множество, но одна из них – чрезмерное увлечение смартфонами и планшетами. Ребёнок часами смотрит в мерцающий экран, свет которого может вызывать изменения волновой активности мозга, утомление, изменения в психике от перевозбуждения до апатии.  Ребенка трудно уложить  спать на ночь, а утром он с трудом просыпается, вялый или раздражённый. Мелкая моторика рук не развивается, ведь в планшете достаточно двигать одни пальчиком, и даже для того, чтобы раскрасить картинку в программе на компьютере, малышу достаточно одного «клика» мышью. При поиске информации ребёнок часто не вникает в содержание, выбирает поверхностно, фрагментарно. Формируется клиповое мышление, которое в основе своей обладает алогичностью, отрывочностью, разрозненностью, характеризуется нарушением причинно-следственных связей. Клиповое мышление — это способ восприятия окружающего мира в виде мозаики, пазлов, когда в сознании формируется яркий, но фрагментарный и кратковременный образ, который тут же сменяется другими — подобными ему.

Позже родители и педагоги задаются вопросом, почему современные дети бывают такие чёрствые и безэмоциональные? Почему они никак не могут воспроизвести рассказ и связать двух слов, описывая картинку? Почему показатели IQ и успеваемости у школьников ежегодно снижаются?  Опять говорим про клиповое мышление у наших детей.  Они быстрее утомляются. Им труднее дается познавательная деятельность, ведь они не привыкли постигать новое через книги, активные игры, на которых выросло несколько поколений, в том числе и мы.

Поэтому компьютеры, телефоны, планшеты должны появиться в жизни ребенка как можно позже и изначально дозированно, под контролем взрослых. Вдумчивый отбор ресурсов, доступных детям в интернете, только на пользу. Ведь разработана масса развивающих игр – на память, внимание, логику, поиск информации. Должен существовать родительский контроль за отбором информации, медиа и игрового ресурса, которым пользуются дети. И важно действовать на опережение, регламентируя время, которое ребёнок проводит за компьютером или планшетом, дабы не формировать зависимость, с которой куда сложнее бороться.  Ведь если ребенок однажды попробовал конфету, попробуйте его убедить, что это нельзя, потому что плохо. Почему так трудно бороться с зависимостями? Потому что от удовольствия не лечат. Будет лучше, если дети узнают вкус этих «конфет» в том возрасте, когда смогут сами понимать, «что такое хорошо и что такое плохо». Много позже они убедятся, что от конфет лишний сахар в крови, а от компьютеров зрение садится. А пока ребенок формируется, в силах родителей показывать интересное и полезное, исключать легкое и бездумное, строго регламентируя доступ к компьютерам.

А как это сделать?

– Нужно быть в реалии с современным миром, не перегибать палку ни в сторону полного ограничения, ни в сторону полной вседозволенности и бесконтрольности, оставаясь при этом взрослым, отвечающим за жизнь и развитие ребенка.

Вовлеченность и заинтересованность родителей в жизнь детей, помощь и поддержка в начинаниях и трудностях, понимание и озвучивание эмоций ребенка, отсутствие излишней тревоги за действия и интересы ребёнка — это основы, позволяющие снизить риск зависимого поведения у детей.

Как это сделать?  Надо постараться наполнять жизнь ребёнка эмоциями. Постепенно сокращать пребывание за компьютером, чётко обозначить временные рамки «зависания» в соцсетях, просмотра сайтов, игр. Резкая отмена приведет в негативной реакции, срывам. Что ребенку интересно? Гулять, заниматься любимым видом спорта или хобби, общаться с друзьями. Ходить в походы? Значит, надо откладывать все дела и идти в лес, на берег. Собирать шишки, рассматривать камни. Пока у ребенка еще есть какие-то интересы, их надо использовать по максимуму. Но это такое вложение времени, что не каждый родитель справляется. А другого выхода нет! Если сейчас родитель даёт сыну или дочери телефон, чтобы спокойно поболтать с подругой или посмотреть сериал, то завтра не оторвет дитя от монитора без истерики. И поход станет уже неактуальным. А запретами ничего не решается. Начнется война, и вот тут уже без посредника не обойтись.

Есть расхожее выражение «средняя температура по больнице». Вы можете оценить состояние дивногорцев с точки зрения психологии? Мы, скорее, здоровы, или психологу есть о чем поговорить со среднестатистическим дивногорцем? Может, дадите пару советов?

– Очень нелегкие испытания преподнесла дивногорцам пандемия. Следствие – повышенная тревожность, неудовлетворенность тем, что происходит здесь и сейчас. Не все могут достойно справиться: одни алкоголем утешаются, другие дома вымещают агрессию. Как справиться? Будьте терпимее друг к другу. Задайте себе вопрос: «Чем эта ситуация лично для меня может быть полезной?» Это не издевка, как покажется на первый взгляд. Абстрагировавшись, проще увидеть позитивный момент. Кому-то откроется возможность дополнительного заработка на удаленке. Кто-то начал шить не только для себя – расширил клиентскую базу. Родители впервые остались надолго дома с детьми, увидев их с другой стороны. Дети тоже заново узнают родителей, вечно пропадавших на работе. И это хорошо!

Постарайтесь беречь свое психическое здоровье. Слишком много сейчас стрессогенных факторов: не реализовались планы, сорвался отпуск. Одни потеряли работу, у других проблема встретиться со своими близкими – уехали на вахту и не могут вернуться вовремя. Это все психотравмирующие ситуации, повышающие тревожность, агрессию. Мир не становится лучше от нашей агрессии. Давайте направим нерастраченную энергию в мирное русло: посадим дерево, поможем бабушке – принесем ей домой продукты. Попробуем трансформировать свою негативную энергию в созидательную.

 

Лидия Ивановна Зигфрид:

«Школа – это многогранный организм, а психолог в ней – такое звено, которое должно воедино связать ребенка, родителей и учителя, помочь взрослым понять мотивы поведения, интересы, особенности возраста ребенка, защитить, если нужно от неправильного воздействия воспитателей. Лада Валерьевна это очень быстро поняла. И вся педагогическая деятельность в начальной школе была построена на изучении психологических особенностях ребенка, его места в классном социуме, его познавательных способностей. Лада Валерьевна – эмоциональный, открытый, теплый человек, любящий детей и свою профессию, всегда с улыбкой идущая к детям. Рядом с ней комфортно и взрослым, и детям. Вечная заинтересованность Лады Валерьевны красной нитью проходит по всем направлениям ее деятельности. И немудрено, что психологическая служба в школе, сильная, грамотная, востребованная, была одна из лучших в городе.

С праздником, дорогая моя Лада и мои знакомые психологи. Здоровья вам, терпения выслушивать и понимать, помогать тем, кто к вам обратился».

 

Юлия Чернявская

 


Комментарии:

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ