Из нашей почты
Здравствуйте, журналисты редакции. Зовут меня Василий Дмитриевич. Но можно просто дед Василий. Я уже давно пенсионер со стажем. Жизнь моя нетороплива. Просыпаюсь хоть и рано, да спешить мне никуда не нужно. Люблю «Огни Енисея» по пятницам читать да планы на день строить – на дачу поехать или дома остаться. А в минувшее воскресенье решил: поеду-ка на Ману, порыбачу.
Собрался спозаранку, удочки, наживку, термос с чаем да ещё краюшку хлеба прихватил – внучке Лизоньке «лисичкин хлеб» пообещал. Это у нас с ней такая игра: я ей из леса или с рыбалки что-нибудь особенное привожу, будто от лесных жителей.
До Маны добрался на автобусе, а потом пешком по тропинке. Иду, а сам всё оглядываюсь, любуюсь: сосны стоят, как великаны, макушками в небо упираются. Воздух такой чистый, что аж голова кружится. Тайга шумит, будто песню поёт. Люблю я эти места — родные, спокойные.
Пришёл на своё заветное местечко, где берег пологий, а вода прозрачная. Удочку забросил, сел неподалёку, жду. А вокруг красота: солнце по воде золотыми бликами играет, птицы поют, где-то дятел стучит. Сижу и думаю: вот оно, счастье – просто быть здесь, слушать природу, дышать этим воздухом.
Вдруг слышу: в кустах что-то зашуршало. Обернулся, а там марал стоит, смотрит на меня большими глазами. Я аж замер: красавец какой, рога ветвистые, шерсть тёмная. Сердце так и заколотилось – и от страха, и от восторга. Смотрим друг на друга, я сидя, он стоя, будто разговариваем без слов. А потом он фыркнул, мотнул головой и ушёл в чащу, только ветки затрещали. Долго я ещё на то место смотрел, где он скрылся, будто волшебство какое-то увидел.
А тут ещё сорока прилетела, села на ветку надо мной и давай стрекотать. Я ей говорю: «Ну чего раскричалась? Рыбу спугнёшь!» А она будто понимает, наклоняет голову то в одну сторону, то в другую, словно спрашивает: «А что ты тут делаешь?» Достал я из рюкзака кусочек хлеба, покрошил ей. Она сначала осторожничала, потом подлетела, поклевала. Посидели мы с ней, поболтали — она по-своему, я по-своему. И так хорошо на душе стало, будто не один я тут, а с другом.
Рыба клевала нечасто, но я не расстраивался. Пару плотвичек поймал, да щучку небольшую — для ухи самое то. Сидел, любовался рекой, слушал, как вода шепчет, и думал: как же повезло мне жить в краю, где природа такая щедрая и красивая.
Когда свечерело, собрал я свои вещи. Перед уходом ещё раз на Ману посмотрел — такая она величественная, спокойная. Поблагодарил тайгу за гостеприимство, за покой, за красоту.
Домой возвращался уставший, но счастливый. Внучка Лиза ждала у окна. Как только меня увидела — сразу подбежала: «Деда, ты мне что-нибудь привёз?» Достал я тот самый кусочек хлеба, протянул ей: «Вот, Лизонька, это тебе лисичкин хлеб. Сама лисичка мне его передала, велела тебе отдать». Глаза у неё загорелись, обняла меня крепко. И в этот момент я понял: вот оно, настоящее счастье.
Каждый раз, когда читаю в «Огнях Енисея» про наш Дивногорск, про талантливых наших людей, наши леса и реки, сердце радуется. Потому что знаю: это всё моё, родное, и я буду беречь эту красоту, пока жив. И вот сам написать решился, с земляками мыслями своими поделиться. Может что-то и лишнее сказал. Но вы уж не будьте строгими. В первые у меня эта писанина случилась. С огромным сердечным приветом всем вам!
Дед Василий
Фото Анны Майоровой
