– Я ведь проходил через это, – сетует воин света сердцу своему.
– Проходил, да так и не прошел, – отвечает ему сердце…
И воин понимает, что судьба посылает ему повторение опыта с единственной целью – научить его тому, что он не пожелал усвоить сразу.
Пауло Коэльо «Книга воина света»
Вероника металась около перевернутой на обочине дороги машины. Из-под капота разбитой легковушки валил густой дым. Женщина поверить не могла, что эта груда металлолома – новенькая темно-синяя Тойота, купленная всего полгода назад ее мужем. На противоположной стороне трассы приютилась вторая участница аварии – серебристая Хонда. После лобового столкновения обе машины восстановлению уже не подлежали.
Время смерти 10:00
Сегодняшнее утро могло бы стать обыденным, серым рабочим днем, попадающим в разряд «День сурка». Утренний кофе перед работой, отправка детей в школу. Надо проконтролировать этот процесс, потому что сорванцы всегда устраивают возню в прихожей, споря, кто первым сядет на пуфик обуваться. Угомонить их мог только строгий взгляд отца. Затем дорога в больницу, где Вероника работает медицинской сестрой.
Она даже не успела переодеться в халат. Только скинула куртку, как прозвучал телефонный звонок, перечеркнувший все. Коллега мужа сообщил, что произошла беда. Юра, муж Вероники, попал в аварию. Бросив все, она вызвала такси и неслась на место ДТП так, что ветер свистел в ушах. Бесконечно повторяла успокоительную фразу: «Все обойдется. Он не может серьезно пострадать. Он обещал мне быть рядом до глубокой старости». Но, когда Вероника увидела место аварии, впала в шоковое состояние.
Врачи скорой помощи работали с пострадавшими, среди которых был и муж Вероники. Она видела, как реаниматолог подключал дефибриллятор, как от разрядов тока приподнималось тело ее мужа, как переглядываются между собой медики. А потом она услышала фразу, сказанную сухим безжизненным голосом: «Время смерти – 10:00». И Вероника потеряла над собой контроль. Она ползала на коленках вокруг носилок. Хватала за руки медиков и просила продолжить реанимацию. Она твердила, как мантру, одну только фразу: «У него теплые руки, он еще жив!».
Врачи вкололи Веронике успокоительное и даже подвезли домой. Дети, уставшие ждать известий от мамы, осторожно прижались к ней с двух сторон, заключив в теплое и надежное кольцо своих рук. Сыновья Вероники уже вступили в подростковый период, и частенько выделывали выкрутасы, свойственные мальчишкам их возраста. Но сейчас они осторожно притихли, обнимая плачущую маму. У нее был ступор, шок. Она категорически отказывалась принимать произошедшее, и только искренние детские объятья удерживали ее в реальности. Лишь поздно вечером, когда дети уже улеглись, Вероника словно вынырнула из бредового тумана.
Надо было позвонить родителям мужа, которые жили в другом городе, определиться с похоронным бюро, понять, покроет ли она расходы на погребение…
Вероника взяла телефон в руки и долго смотрела на экран, где высвечивалась строка с номером абонента «мама Катя». В итоге телефон опять перекочевал на журнальный столик. Вероника решила позвонить свекрови завтра утром. Несколько часов уже ничего не решат. Пусть хотя бы сегодняшнюю ночь пожилые родители Юры поспят спокойно.
Как теперь жить?
Женщина свернулась клубочком в кресле, и воспоминания закружились в голове словно кинопленка. Их с Юрой первая встреча, свадьба, рождение детей. Они прошли вместе многое. Когда в девяностых вся страна выживала как могла, муж приносил с завода продуктовые карточки. Дети были совсем еще крохами, и Вероника не могла выйти на работу. Трудности сплачивали молодую семью все больше с каждым днем. Юра ни разу не дал повода своей жене для ревности, он никогда не произносил слово «развод», потому что даже не рассматривал такой способ решения проблем. Он любил Веронику и часто говорил, что умрет только в глубокой старости. Обещал, что всегда будет рядом.
Вероника скулила в кресле, словно брошенная хозяином собака. Она не могла дышать. Без мужа не могла дышать, словно он, уходя в вечность, забрал с собой весь кислород. Как теперь жить? Как выходить на улицу, где своим чередом идет жизнь? Как пережить все это?! Как простить себя? Ведь буквально вчера вечером у них с мужем произошла грандиозная ссора, и все это накануне годовщины свадьбы – 11 октября. Повод был незначительный, но супруги, пришедшие с работы не в лучшем расположении духа, просто сорвались друг на друга. И даже не помирились. Вероника хотела сделать это вечером за праздничным ужином. Но…
Как бы ей сейчас хотелось вернуться к началу этого дня. Успеть сказать мужу, как сильно любит. Обняться, уходя утром на работу. Взъерошить его непослушные волосы, поправить небрежно завязанный галстук. Вероника так и уснула в кресле с мокрыми дорожками слез на щеках. Одинокая и несчастная. Она хотела только одного – повернуть время вспять. Не дать мужу уйти на работу. Вообще никуда не отпускать!
Пробуждение было тяжелым. Вероника не хотела открывать глаза. Но дети уже встали и сейчас возились в прихожей, собираясь в школу. Стоп! Они сегодня не идут на занятия, и Вероника отлично помнила, как сообщила им об этом вечером. Женщина заставила себя подняться, она несколько минут пыталась размять затекшие от неудобной позы ноги. Ее ждал тяжелый день. Женщина пошла в прихожую, чтобы вернуть сыновей, но в этот момент открылась дверь кухни, откуда вышел Юра. Он держал в руке бутерброд и чашку с дымящимся кофе. Непослушные вихры мужа как обычно торчали в разные стороны, небрежно завязанный галстук, сосредоточенное лицо. Строгий взгляд, направленный на детей. Все, как всегда, только вот не могло его сейчас здесь быть! Вероника судорожно вскрикнула, и мир погрузился во тьму.
Почувствовав резкий запах нашатыря, Вероника мотнула головой. Находясь в полуобмороке, женщина старалась установить связь между фразой, которая крутилась в воспаленном мозгу, словно заезженная пластинка, – этого не может быть! – с событиями, происходящими в реальности. Она не могла вспомнить, что так тревожило ее. Только сердце гулко стучало напоминая, что случилось нечто очень страшное.
«Ника! Ты меня слышишь?!» – голос мужа вырвал ее из небытия. Он всегда ее так называл. Говорил, что своим упорством и волей к победе она похожа на одноименную древнегреческую богиню. Сначала Вероника успокоилась, услышав родной голос, но затем запаниковала. Она вспомнила все разом: и скандальный вечер, и суматошное утро, и аварию, и смерть мужа.
Юра еще раз позвал жену, но Веронику словно парализовало. От страха. Она не понимала, как себя вести, и очень боялась открывать глаза. На ум сразу приходили обрывки фильмов ужасов с восставшими из мертвых. Хотя вышедший из кухни Юра совершенно не был похож на персонажа голливудских жутиков. Только вот вчера медики признали его мертвым и отвезли в морг. И это неоспоримый факт.
Из этой лихорадки Веронику выдернула ледяная вода. Она огнем обожгла лицо и шею. Осторожно открыв глаза, Вероника увидела перепуганное бледное лицо старшего сына. Он держал в руках большую эмалированную кружку. Из-за его плеча выглядывал младший брат – в глазах страх, что в общем-то неудивительно. Вечером узнать о смерти отца, а утром столкнуться с ним в прихожей – тот еще шок!
Вероника, превозмогая ужас, перевела взгляд на мужа. Осторожно коснулась его щеки, провела ладонью по плечу, убеждаясь, что Юра не призрак. В таком случае что же было вчера?! Может это сон был? Очень реалистичный и яркий.
Юра помог Веронике подняться. Мальчишки все это время молча наблюдали происходящее, на их лицах была растерянность.
– Кого ждем? Быстро одевайтесь, опоздаете в школу, – строгий голос мужа словно нажал на кнопку «play», сняв всех с затянувшейся паузы. В тесной прихожей дружно завозились. Мальчишки взяли рюкзаки и испарились за дверью. Юра перевел взгляд на Веронику и спросил:
– Ты как себя чувствуешь?
Вероника пожала плечами, просто не знала, что ответить.
– Не хочешь говорить – не говори, – Юра кивнул головой и, взяв с вешалки куртку, шагнул за порог.
– Юра, – полушепотом позвала Вероника. – Ты как здесь оказался?
Муж усмехнулся и с упреком ответил:
– Я здесь живу. Но после вчерашней ссоры подумываю о том, чтобы снять квартиру.
Дверь с шумом захлопнулась, и Вероника услышала гулкие удаляющиеся шаги мужа.
О какой ссоре речь?! Она ничего не понимала. Неужели действительно вчерашний день всего лишь приснился? Вероника молча прошлась по квартире, зашла на кухню – в раковине две тарелки и столько же кружек – мальчишки завтракали. Все, как всегда.
И в этот момент разум начал выдавать то, что она не отметила в утреннем шоке. Юра сказал “после вчерашней ссоры”? Они поссорились вечером накануне аварии, а значит, ссорились они позавчера. А еще – рубашка, в которую был одет муж.
Вероника подарила ее на день рождения два месяца назад. Он часто ее надевал. Удобная, из натурального хлопка. Когда Юру реанимировали, Вероника видела, как медик рванул эту самую рубашку на груди. Пуговицы рассыпались по асфальту. Одну из них Вероника взяла и машинально положила в карман куртки.
Она метнулась в прихожую и трясущимися руками обыскала карманы. И нашла. Маленькая, деревянная, испачканная грязью пуговица притаилась в уголке, и сейчас была единственным доказательством вчерашней трагедии. Вероника со стоном сползла по стене и схватилась за голову руками. Что же здесь происходит?! Пытаясь подавить панику, Вероника включила телевизор. Уж это творение рук человеческих точно знает какой сегодня день. В верхнем правом углу было написано «11 октября». Так значит, все-таки приснилось?
И вдруг зазвонил мобильный телефон. Вздрогнув, Вероника подошла к журнальному столику и посмотрела на дисплей. Звонил коллега с работы мужа. Именно он вчера и сообщил о происшествии. Вероника сняла трубку. Спустя две минуты она неслась в такси на место аварии так, что ветер в ушах свистел. Как она могла его отпустить на работу?!
Ольга Фролова












