В «ОЕ» № 29 мы опубликовали статью «По Енисею – под парусом». В ней рассказывалось об экспедиции петербургской команды туристов PLAN X Adventure Team «Полстраны под парусом». Экспедиция стартовала в Красноярске и прошла вниз по течению до устья Енисея.
В настоящее время катамаран экспедиции идет по морским просторам. Свои впечатления о путешествии участники экспедиции заносят в дневник, который публикуется на сайте http://planx.media. Предлагаем вниманию наших читателей небольшой отрывок из дневниковых записей.





День 28-й. 23 июля
Катамаран «Морской слон» уходил в открытое море. Теперь, употребляя слово «открытое», не приходится кривить душой – при северном ветре в Обской губе ничто не прикрывало экипаж 8-метрового судна от налетающих холодных порывов и перекатывающихся волн.
Ощущение борьбы со стихией исчезло тотчас же, как только мотор заменили на паруса. Катамаран, движимый силой ветра, начал плавно вскарабкиваться на водяные валы и столь же неспешно скатываться с них. Морская волна длинная. Она не бьет в борт как озерная и позволяет ощущать себя посетителем парка аттракционов, а не борцом со стихией.
Ночью, пока половина экипажа спала, а вторая дежурила на вахте, заговорила на морском канале рация. Нас вызывало научно-исследовательское судно «Остров Анзер», проходившее мимо. На мостике заметили удивительно небольшой по меркам Северного Ледовитого океана катамаран с логотипом «Газпромнефти» на парусах и решили уточнить, не требуется ли нам помощь. Заверив, что все в порядке, мы поблагодарили внимательных ученых и разошлись встречными курсами.
Едва распрощались с «Островом Анзером», как на горизонте появились новые движущиеся объекты. К этому моменту мы уже выдохнули с облегчением – открытое море осталось позади. Катамаран входил в пролив Малыгина, прикрытый с юга заснеженными берегами Ямала, а с севера островом Белый. По ровной глади навстречу нам двигались три трудяги-буксира, тянущие за собой груженые баржи. Как выяснилось в ходе радиообмена, идут они с самого Архангельска в ныне бурно развивающийся порт Сабетта в Обской губе. Узнав о нашем маршруте, капитан одного из буксиров ответил за весь экипаж: «Удивлены!».
Пользуясь штилем и, как следствие, отсутствием тишины из-за запущенного мотора, выставили на палубу генератор. Все электрообеспечение на борту «Морского слона» приведено к 12-вольтовому стандарту, а в качестве накопителя энергии выступает самый банальный автомобильный аккумулятор. Его емкости хватает, чтобы удовлетворить на неделю потребность экипажа в использовании спутниковой связи, а также зарядки через порты прикуривателя всех электронных устройств: рации, навигатора, электронных книг, фотокамер и ноутбука. Но раз в семь дней все-таки приходится мириться с шумом и вибрациями тарахтящего на палубе генератора, вдыхающего новую жизнь в аккумулятор.
День 29-й. 24 июля
Перед тем как направиться в Байдарацкую губу, мы разложили спутниковую антенну и получили прогноз на ближайшие три дня. Места, куда мы входили, изобилуют мелями и отсутствием укрытий, в которых можно было бы пересидеть непогоду. Поэтому, игнорируя неудобства от ежесуточной возни с развертыванием проводов, было решено регулярно узнавать мнение синоптиков.
Уяснить, каковы на вкус мели Карского моря, удалось уже к обеду. На границе видимости по левому борту появились какие-то сооружения, издалека напоминающие военные радары. Приблизившись и забрав к берегу, нам в бинокль удалось разглядеть, что мы ошиблись. На песке стояли безлюдные останки буровой вышки. Не сдержав искушение полюбопытствовать невооруженным глазом, экипаж «Морского слона» направил его ход к заброшенному объекту.
Песок заскрежетал под тканью надувных баллонов метрах в 30 от уреза воды. Несмотря на сверхмалую осадку, в других местах позволяющую вытаскивать наше судно на сушу, здесь мы этого сделать не смогли, не рискуя при этом застрять на мели на долгие часы. Невысказанная мысль виделась в глазах всех участников высадки: если в таком месте застанет шторм, пытаться «выброситься» на берег станет самым негативным сценарием.
От размышлений о сложностях дальнейшего пути отвлек впечатляющий масштабами пейзаж. В тундре валялись, словно раскиданные игрушки непоседливого ребенка, исполинские механизмы, безнадежно тронутые ржавчиной и раскуроченные неведомой силой. Многотонные гусеничные транспортеры лежали перевернутые, с построек свисали провода толщиной с руку, а в центре композиции расположилась башня буровой. Ее истинная высота, казавшаяся незначительной при взгляде с моря, раскрылась только тогда, когда, преодолев десяток лестничных пролетов, мы поднялись наверх.
Плоскость тундры, словно повторяя рельеф морской волны, изгибалась холмами. А на них виднелись следы, оставленные когда-то передвигавшейся здесь техникой. Давно ли ушли отсюда люди? Вспоротый гусеницами слой мха уже успел восстановиться, а это значит, что прошло не меньше пары десятков лет.
Внизу в поисках артефактов эпохи, способных указать на временной отрезок функционирования объекта, мы наткнулись на наконечники буров с победитовыми «шипами». Интересно подержать в руках предмет, когда-то успешно прогрызавший себе дорогу в вечной мерзлоте (он же – наглядный музейный экспонат, если бы кто-то решился вывезти на «большую землю» десятикилограммовый кусок металла).
Вторая находка оказалась еще любопытнее. В сваленных на берегу трубах, подобно символу отвоевывания природой бывшего пристанища человека, Артём обнаружил песцов. Целая стая из шести голов обосновалась в чреве нагретого на солнце металла и, судя по валяющимся внутри обглоданным костям, жила там уже долго.
День 30-й. 25 июля
Длинные вахты на руле способствуют неторопливости мысли. Даже близкие на материке начали замечать, как изменилась на более плавную и неспешную наша манера речи. Да и внутренние диалоги с самим собой стали размеренными. В одну из таких минут задумчивости я и осознал, что в пути мы уже месяц. И за это время прошли добрую половину маршрута, рассчитанного, как минимум, на втрое больший срок. Свою роль сыграл, безусловно, круглосуточный ритм движения, разбитый на три восьмичасовые вахты. В своих расчетах во время планирования экспедиции я всерьез не верил, что это будет работать. Но – работает. С другой стороны, радоваться темпам движения по-прежнему рано. Июль выдался на удивление приятным по погоде, но впереди экспедицию «Полстраны под парусом» ждали холодные август с сентябрем, а с ними непредсказуемые условия Печорского, Баренцева и Белого морей. В определенный момент пойдет на убыль и полярный день, позволивший нам забыть, что где-то на планете бывает темно…
О том, что зима в Арктике ближе, чем кажется, начала напоминать и погода. Вторые сутки катамаран «Морской слон» с попутными ветрами скользил вдоль побережья Ямала на юг, и вторые сутки температура воздуха падала. Как позже стало известно – до 3 градусов тепла, которые на ветру, вблизи воды, ощущались особенно остро. Но не температура за бортом беспокоила экипаж катамарана, а стремительно тающие запасы пресной воды…
С. Северин, руководитель проекта
Фото автора











