К Дню Победы 1945 года
Воспоминаний детей войны из книги И.Г. Фёдорова. Сегодня о своем военном детстве вспоминает МИРОНОВА (урождённая Соколова) Людмила Анатольевна.
Я хочу немного описать жизнь во время войны, моё босоногое, голодное детство. Папу, Соколова Анатолия Константиновича, забрали на фронт летом 1941-го года. Нас в семье было четверо детей: два мальчика и две девочки. Провожали папу со слезами, он обнимал нас и говорил, что скоро вернётся, чтобы мы слушались маму и во всём помогали ей.
Биографическая справка
Родилась 19 апреля 1938 г. в Северо-
Енисейске Красноярского края. Русская. После окончания школы работала в Совруднике, в золотоизвлекательной шахте зарядчицей подземного депо. В 1977 г. переехала в Дивногорск. Работала оператором в узле связи, занималась общественной работой. Награждена медалью.
Активная участница всех мероприятий Совета ветеранов и клуба «Надежда». Вместе с мужем Анатолием Васильевичем вырастила сына Владимира и дочь Ирину. Сейчас её радуют три внучки, правнук и две правнучки.
Жили мы в Северо-Енисейске, раньше он назывался Соврудник. Здесь были шахта и фабрика, добывали золото, работали одни женщины. Мама, Мария Денисовна, приходила домой сильно уставшая, и мы старались сильно не бегать и не шуметь, чтобы мама могла поспать. Да, мы жалели маму, ей было очень тяжело. Старший брат ходил в школу, а мы трое – в детский сад, это спасало нас от голода. Младший брат часто плакал, звал маму, я больше всех жалела его. Дома всё было распределено между нами. Мы с сестрой подметали берёзовым веником пол, мыли полы, посуду. Старший брат ходил за хлебом, подметал двор, убирал снег. Одежды тогда было мало – мы с сестрой носили всё на двоих. Не хватало обуви, бегали летом босиком, а зимой чаще сидели дома. Когда приезжала водовозка, мы надевали вместо валенок рукавицы-верхонки, завязывали их верёвочками и носили воду домой. Летом было легче: ходили в лес по грибы, по ягоды, заготавливали на зиму.
Еды в доме не хватало. Мама работала по две смены: возила с женщинами вагонетки с рудой от шахты до фабрики. Потом бежала по магазинам – доставала хлеб, иногда масло, крупы. Были карточки на хлеб, и если их, бывало, потеряешь, оставались без хлеба. Иногда маме удавалось где-то достать отрубей, немного растительного масла, и тогда она пекла нам пирог с очистками от картошки, добавляла туда лебеды. Мы садились у печки и ждали, когда мама достанет пирог из духовки. Она всегда приговаривала: «Не ахайте, а то пирог рассыплется». И мы молча ждали и глотали слюни. Это был праздник.
Сильно скучали по папе. Когда приходило с фронта письмо, садились на кровати, а мама читала нам папино письмо, плакала сильно, и мы, глядя на неё, тоже ревели. Вечерами зимой слушали радио, это была такая «тарелка-приёмник», висела на стене. Особенно любили слушать пьесу «Молодая гвардия». Сильно плакали, жалко было всех молодогвардейцев. Мне нравилось, когда у нас собирались гости, мамины подруги. Они приносили еду: картошку варёную, капусту солёную, пироги из отрубей, ягоды, грибы. Всегда сначала кормили нас, а потом усаживались за стол сами. Пели песни, плакали, а мы смотрели на них и тоже плакали.
Продукты в посёлок доставляли самолёты, мы их называли «Аннушки». Когда самолёт не мог сесть из-за метели, с него сбрасывали мешки с сухими овощами, фруктами. А вот бочки с растительным маслом разбивались. Тут-то мы, все дети посёлка, сбегались и собирали то, что рассыпалось, нас гоняли, но мы всё равно собирали. Приносили домой, и мама варила суп. Вскоре сестра пошла в школу, а я и младший брат ходили в садик. Не было тетрадей, писали на обрывках бумаги и газетах. Чернила делали из сажи. Мы с младшим братом сидели молча и смотрели, как старшие делают уроки. Когда мы узнали, что папу ранило и он лежал в госпитале, мама и мы плакали и просили у неба помощи. И вот весной 1945-го пришла весточка, что наш папа вот-вот вернется. Когда папа пришёл домой, встреча была со слезами, теперь мы плакали от радости. Вот так и прожили эту страшную войну.
Из книги И.Г. Фёдорова
«Дети в прозе войны» (АП)
